Севастопольская детская библиотека имени А. Гайдара
Государственное казённое учреждение культуры г. Севастополя «Централизованная библиотечная система для детей»
Памятники Крымской войны  
 Разделы сайта
         
 Рейтинги и каталоги
 

Rambler's Top100
Рейтинг@Mail.ru
 
 Памятники Севастополя
 

Памятники Крымской войны

Севастополю 14 июня 2013 года исполнилось 230 лет, его известно всему миру, он стал символом мужества и отваги.

Белокаменный, всегда нарядный и строгий, он стоит над синим морем раскинувшись по живописным холмам, с любого из которых открываются морские дали.

Малахов курган, Исторический бульвар, Сапун-гора, обелиски, памятники...

В переводе с греческого "Севастополь" означает город славы, "августейший", "величественный город", "город, достойный поклонения".

Здесь все напоминает его героическое прошлое: одиннадцатимесячную оборону в Крымскую войну, восьмимесячную оборону в годы Великой Отечественной войны, освобождение города от врага, послевоенное возрождение из руин и пепла.

Его необыкновенную историю несут из века в век улицы и площади, холмы и лазурные бухты, многочисленные памятники и музеи.

Слава Севастополя родилась в Крымской войне, когда защитники нашего города 349 дней отражали удары английских, французских и турецких войск, показав изумительный героизм, отвагу и мужество.

Приглашаем вас совершить экскурсию по памятным местам нашего города, которые связаны с событиями Крымской войны.


Памятники Исторического бульвара

На высоком зеленом холме, примыкающем с юго-востока к площади Ушакова, находится Исторический бульвар — одна из главных туристических достопримечательностей Севастополя. Здесь расположены знаменитая Панорама, памятник Э.И. Тотлебену, один из самых красивых в городе, реконструированная артиллерийская батарея времен Крымской войны, и многие другие интересные объекты.

Сначала название "Исторический бульвар" хотели дать всему парково-мемориальному комплексу, посвященному Крымской войне, но затем оно закрепилось только за одной его частью.

Быть здесь бульвару определил еще легендарный адмирал Михаил Петрович Лазарев ,командовавший Черноморским флотом в 1836-1851 годах. При нем начали высаживать деревья, построили на крутом мысу над Южной бухтой беседку (большая каменная беседка имела форму гриба), чтобы на этом, как тогда говорили, "Мысе доброй надежды" или "Мысе свободных размышлений", помечтать об удачной женитьбе или быстрой карьере. Видимо, обитателей города, пропитанного духом военной дисциплины и муштры, тянуло к уединению, на природу, туда, где не было слышно отрывистых звуков команды и свистков боцманских дудок.

Бульвар, весьма обширный по площади, в середине 19 века называли Большим.


Беседка-гриб на Большом (ныне Историческом) бульваре

Но деревья, посаженные по приказу адмирала Лазарева, подрасти не успели. Когда в сентябре 1854 года враг двигался к Севастополю, почти все их вырубили, чтобы построить на прикрывающем город холме Четвертый бастион — важнейшее укрепление южной стороны города, которым противник так и не смог овладеть. На месте беседки была построена артиллерийская батарея, тоже получившая название "Грибок". Холм, который до этого называли "Бульварным" стали именовать "Бастионным".

Всего бастионов было восемь: четыре на Корабельной стороне, и столько же — на Южной. Между ними тянулась сплошная линия укреплений, на которых размещались артиллерийские батареи. Все они в преддверии 50-летия обороны были отмечены специальными мемориальными знаками.

Оборонительная линия разрывалась только в одном месте — у истоков Южной бухты. Разрывалась крутым холмом, который, словно ледокол в толщу льда, врезался в глубь русских позиций. Этот холм называется Зеленой горкой — его хорошо видно с площади Ушакова (находится к востоку и застроен маленькими частными домиками). На этом холме обустроили свои осадные позиции англичане, и угроза прорыва русской обороны была в этом месте наиболее реальной. Корабли, стоящие в Южной бухте, непрерывно обстреливали позиции неприятеля; на месте современного вокзала стояла артиллерийская батарея, удерживавшая неприятеля от мысли спуститься к бухте, но положение в этом месте все равно было угрожающим. Для того, чтобы защитники Южной стороны могли переходить на Корабельную и обратно, через воды Южной бухты был переброшен наплавной мост — ближе к ее устью, подальше от вражеских позиций.

В первый период обороны и осаждающие, и защитники Севастополя понимали, что здесь, в самом уязвимом месте защитной линии, ее легче всего будет прорвать. От передовых позиций Четвертого бастиона до центральных городских улиц было меньше километра, а охранявший тыл бастиона Язоновский редут стоял еще ближе! Потому французы, оборудовавшие свои осадные позиции перед бастионом (в районе современного пр. Острякова) упорно пытались взорвать его укрепления. Русские саперы начали здесь против них подземную войну. Благодаря их усилиям, ни Четвертый бастион, ни остальные укрепления Южной стороны, так и не были взяты неприятелем в бою.

Командовал укреплениями Южной стороны (поскольку оборонительная линия была разорвана, ее организационно разделили на два «отделения»: первое — на Корабельной стороне, второе — на Южной. У каждого отделения был отдельный командующий) вице-адмирал Федор Михайлович Новосильский,герой Синопского сражения, один из любимых учеников М.П. Лазарева. После гибели П.С. Нахимова именно он возглавлял оборону Севастополя вплоть до ее окончания. Современная площадь Ушакова долгое время носила его имя.


Вице-адмирал Федор Михайлович Новосильский

После Крымской войны Четвертый бастион считался «самым достопамятным боевым пунктом». Почти двадцать лет на месте бывшего бульвара торчали обгорелые головешки и громоздились остатки бастиона и батарей. Немногие уцелевшие жители города водили сюда экскурсии — после широко освещавшейся в мировой прессе Крымской войны, посещение руин Севастополя стало модным.

А когда город начал возрождаться, появилась опасность, что Бульварный холм будет застроен. Поэтому, в 1875 году городская Дума приняла решение никогда не застраивать места сражений, а превратить их в мемориальные комплексы. Тогда-то и родилась идея создания Исторического бульвара. Он должен был протянуться вдоль всей линии укреплений от первого бастиона до седьмого. Предполагалось построить памятники бастионам и редутам, отметить мемориальными знаками места расположения батарей.

Полностью этот грандиозный план выполнить не удалось, но многое было сделано: появились памятники бастионам (с 1-го по 5-й), выросли бульвары и скверы — на Малаховом кургане, на местах третьего, четвертого и пятого бастиона, увековечены памятниками большинство батарей и редутов.

Работы продолжались несколько десятков лет и были завершены (или остановлены) только в 1909 году.

Однако сплошной бульварной линии не получилось — она мешала расти городу. Поэтому, имя "Исторический" осталось только за бывшим Большим бульваром.

Новые деревья высадили здесь в 1881 году, а работы по благоустройству завершили к 1905 году — 50-летию Обороны.

А теперь давайте поднимемся на холм Исторического бульвара и осмотрим его памятники.

На вершине холма стоит величественный монумент одному из главных героев севастопольской эпопеи, человеку, без которого она была бы невозможной, Эдуарду Ивановичу Тотлебену (1818-1884), выдающемуся военному инженеру, одному из руководителей обороны Севастополя 1854-1855 годов. Под руководством Тотлебена сооружались бастионы, создавалась глубокоэшелонированная оборона. Бронзовая статуя генерала стоит в окружении скульптур тех, чьими руками воплощался в жизнь проект оборонительной линии: солдат и матросов, строивших укрепления, саперов, высекавших минные галереи.


Монумент Э.И. Тотлебену

Севастопольские укрепления, и в этом одно из их достоинств, имели не одну линию обороны, а несколько. Пройдя дальше, вдоль главной аллеи, вы увидите слева памятник на месте, где проходила вторая линия обороны — Язоновский редут (редут был построен моряками брига «Язон»). Редут — это многоугольное земляное укрепление. Язоновский редут состоял из четырех батарей, соединенных между собой, и насчитывал 25 орудий. За памятником можно увидеть мемориальные стенки, установленные на месте батарей. Такие мемориальные обозначения были созданы к пятидесятилетию первой обороны на средства, собранные по подписке по всем губерниям России. На чугунных плитах — номера батарей и фамилии их командиров.


Памятник воинам Язоновского редута

Пройдя по центральной аллее дальше, вы увидите слева и справа подлинные орудия середины 19 века, выставку якорей русских, английских, французских и турецких кораблей. Они были найдены в Севастопольской и Балаклавской бухтах. На табличках указаны сведения об истории и происхождении этих якорей и о кораблях, которым они принадлежали.

В центральной части Исторического бульвара возвышается оригинальное круглое здание панорамы «Оборона Севастополя 1854-1855 гг». Она стоит на площади с фонтаном в центре. Здание Панорамы круглое, его высота равна диаметру и составляет 38 метров. Над порталом здания слова: «Панорама обороны Севастополя», чуть выше, на фронтоне, изображен Георгиевский крест, обвитый Георгиевской лентой. В центре креста — число дней первой героической обороны — 349 (Георгиевский крест с числом 349 называется «Севастопольским знаком»). Здание было построено по проекту инженера-полковника О. Энберга и архитектора В. Фельдмана.


Здание Панорамы сто лет назад и в наши дни

Перед тем как побывать в Панораме, стоит познакомиться с памятниками четвертого бастиона и с самым интересным из них — передовой линией бастиона. Для этого пройдите мимо здания Панорамы и вновь выйдите на главную аллею, которая ведет к памятнику защитникам Четвертого бастиона. Памятник представляет собой пятиметровый гранитный обелиск (предположительно, его авторами являются А. Кольб и О. Энберг), увенчанный шлемом — символом мужества русских воинов.


Памятник защитникам Четвертого бастиона

Рядом с этим памятником установлена гранитная стела с барельефом Л. Толстого (скульптор Денисов, резчик по камню И. Степанов). Памятник был открыт в 1959 году. Мраморный барельеф изображает Толстого в возрасте 26 лет. Таким он прибыл в Севастополь 7 ноября 1854 года. Служил в разных местах в Севастополе, принимал участие в Чернореченском сражении 4 августа 1855 года, когда за один день погибло более 8000 нижних чинов и 260 офицеров. Воевал Толстой и на Четвертом бастионе. "Остаться живым на четвертом бастионе так же трудно, как выиграть главный приз в лотерее", писал он. Здесь писателем был создан первый из знаменитых «Севастопольских рассказов» — «Севастополь днем и ночью».

«За хладнокровие и распорядительность», проявленные во время бомбардировки на Язоновском редуте, где служил Толстой, он был досрочно возведен в чин поручика и награжден орденом св. Анны IV степени. Памятная доска в честь пребывания Толстого на четвертом бастионе установлена на передовой линии бастиона.


Памятный знак Льву Толстому

Чуть выше памятника Толстому располагаются так называемые орудийные дворики. Здесь можно увидеть подлинную корабельную пушку времен Крымской войны. Подобные чугунные орудия весили от двух до семи тонн. Их снимали с кораблей и тащили на бастионы, при возможности впрягая лошадей. Подготовить пушку к выстрелу было очень непросто. Заряжалась она с дульной части. Вначале закладывали от полутора до двух килограмм пороха в специальных марлевых мешках, «картузах», или просто насыпом. Потом забивался пыж, закатывали ядро, порох поджигали через отверстие в казенной части орудия. Выстрелив, пушка откатывалась назад, и чтобы произвести следующий выстрел, ее надо было накатить (поставить на место), прочистить ствол (пробанить) специальными банниками и снова зарядить, навести. Стреляли эти орудия на расстояние до двух километров 1-2 раза в 15-20 минут. Пушечные дворики строились из подручного материала: туров (ивовых корзин без дна, наполненных землей, камнями), мешков с землей и песком (сейчас вы видите реконструкцию из бетона). Амбразуру дворика прикрывали щиты из корабельных канатов, предохранявшие корабельную прислугу от выстрелов неприятеля и осколков бомб. Защита была не очень надежной, и нередко бывали случаи, что вся орудийная прислуга, а она насчитывала 15 человек, погибала.


Орудийные дворики Четвертого бастиона

Внизу под батареей сохранился вырубленный в камне ров. Сразу же за рвом находится мемориальная стена на месте батареи Костомарова. Это было выносное укрепление четвертого бастиона. Батарея была заложена в ночь на 14 октября 1854 года. Под постоянным обстрелом неприятеля батарея несколько раз разрушалась, и несколько раз русские восстанавливали батарею вновь. По ночам защитники устраивали вылазки в стан врага, захватывали пленных, заклепывали орудия, захватывали трофеи. Подобные батареи — яркий пример активности Севастопольской обороны.


Здесь находилась батарея Костомарова

Активность обороны проявилась и в ведении подземно-минной войны. Не сумев взять бастионы обычным путем, французы делали подкопы (мины) под бастионы с тем, чтобы взорвать их изнутри и получить выход в город. Русские рыли встречные мины на двух уровнях: над миной французов и под нею. Мины эти были длиной до ста метров, в конце мины сажали сапера с хорошим слухом, слухача, который определял на звук, где ведут работы французы. В этом месте и производили взрыв.

В особенно крупных масштабах подземно-минная война велась на четвертом бастионе. Командовал этими работами штабс-капитан Мельников.

Он пробыл под землей, не видя солнца, пять месяцев, был контужен, тяжело болен, но оставался на своем посту. Его называли "обер-крот". После войны Мельников дослужился до генерала. До конца своих дней он носил на пальце весьма необычный перстень, украшенный бриллиантами и изумрудом, на котором был изображен четвертый бастион. Мельников ничего не рассказывал о перстне, но ходили слухи, что этот перстень был подарен ему французскими саперами, приславшими его после войны из Парижа. Это может быть правдой, ведь даже французы признавали, что пальма первенства в подземно-минной войне принадлежит русским, а они умели уважать достойного противника.

В эдикулах здания Севастопольской панорамы в ряду героев обороны и освобождения города установлен его мраморный бюст.

Улица Мельникова находится в Нахимовском районе города-героя Севастополя.


Памятник Затопленным кораблям

Памятник Затопленным кораблям — своеобразная эмблема города, самый знаменитый воинский памятник Севастополя. Он изображен на советском гербе Севастополя, действующем и поныне.


Герб Севастополя

Памятник представляет собой искусственную скалу, стоящую в десяти метрах от берега. На изящной колонне с коринфской капителью бронзовый двуглавый орел, распластав крылья, держит лавровый венок и якорь над волнами бухты, ставшей могилой затопленным кораблям в первую оборону города. К основанию памятника прикреплена бронзовая плита с картой Севастопольской бухты, линией затопления кораблей и надписью: «В память кораблей, затопленных в 1854-1855 годах для заграждения входа на рейд». Высота памятника — 6,66 м, высота колонны — 7,08 м, диаметр колонны — 0,95 м.


Памятник Затопленным кораблям. Фото начала 20 века

Памятник замечателен не только красотой облика, пронизанного морской романтикой, но и необычностью события, которому он посвящен.

Англо-французский флот, подошедший в сентябре 1854 года к Севастополю, был во много раз мощнее и технически совершеннее Черноморского. Чтобы не допустить его прорыва в гавань, поперек фарватера было затоплено 5 линейных кораблей и 2 фрегата. Экипажи вместе с корабельной артиллерией отправились защищать бастионы.

Это было трагическое решение, правильность которого оспаривается до сих пор. Его инициатором был князь А.С. Меншиков, но В.А. Корнилов, бывший тогда старшим флотским начальником в Севастополе, жестко ему воспротивился. Он предлагал выйти всем флотом в море и либо разгромить вражеский флот, либо погибнуть. Однако, военный совет флота, в том числе и П.С. Нахимов, настояли на правильности приказа главнокомандующего. Неприятельский флот превосходил севастопольскую эскадру в несколько раз и по численности, и по вооружению, и по маневренности, и по скорости — в распоряжении неприятеля были пароходы, а у русского флота главным образом — парусные суда.

Наконец, В.А. Корнилов согласился с мнением товарищей и отдал тот драматический приказ — топить корабли у входа в бухту и до последней крайности защищать Севастополь. 10 сентября вдоль линии современного мола на дно легли пять линейных кораблей и два фрегата. Их мачты остались торчать над водой. Так началась 349-дневная Первая оборона города.


Затопление Черноморского флота 11 сентября 1854 года. Худ. И. Владимиров

Когда 14 ноября того же года разразилась страшная буря, разметавшая вражеский флот, заграждение из затопленных кораблей было повреждено. Поэтому пришлось затопить еще один корабль, а в январе — еще несколько.

Последние корабли Черноморской эскадры были затоплены в разных частях Севастопольской бухты при отходе наших войск на Северную сторону в конце августа 1855 года. А всего в Севастопольской бухте было затоплено 75 боевых кораблей и судов и 16 вспомогательных, включая шхуны.

Экипажи затопленных кораблей отправились защищать город на бастионах, давая имена своих судов вновь возводимым укреплениями. Так появились в истории Чесменский, Ростиславский, Язоновский и другие редуты, названные в честь экипажей кораблей, которые их строили и защищали.

Несмотря на то, что соотечественники неоднозначно оценивают затопление кораблей накануне начала севастопольской обороны, флотоводцы противника сразу же дали этому решению высокую оценку: "Если бы русские не заградили вход в Севастопольскую бухту, затопив пять своих кораблей и два фрегата, я не сомневаюсь, что союзный флот после первого же выдержанного огня проник бы туда с успехом и вступил бы из глубины бухты в сообщение со своими армиями", — так писал командовавший французский флотом вице-адмирал Гамелен.

Значительная часть судов, почти полностью парализовавших судоходство в бухте, в 1857-1859 годах была поднята. 20 кораблей удалось поднять неповрежденными, отремонтировать и снова поставить в строй (пароход «Херсонес» и часть транспортов), но большинство поднятых судов пошло на слом. Очистка же бухт затянулась более чем на десять лет.

Итак, монумент у Приморского бульвара поставлен в память о добровольной гибели Черноморской эскадры в 1854-1855 годах. Обычно его автором называют эстонского скульптора А.Г. Адамсона (1855-1929), но хранящаяся в фондах Музея героической обороны и освобождения Севастополя фотография с акварельного рисунка проекта, выполненного архитектором В.А. Фельдманом (1864-1928), доказывает, что он был одним из авторов памятника. Другой рисунок, принадлежащий инженеру О.И. Энбергу (находится в музее КЧФ), свидетельствует о том, что идея расположения монумента в воде в виде колонны принадлежит ему.

Говорят, что если смотреть на памятник со стороны моря, крылья орла напоминают профили: одно — П.С. Нахимова, другое — Николая I.

На декоративной подпорной стене, что напротив памятника Затопленным кораблям, установлены два старых якоря с затопленных кораблей.


Памятник П.С. Нахимову

В центре площади Нахимова возвышается памятник самому адмиралу. У этого монумента — сложная судьба.

Памятник напоминает прежний, не сохранившийся памятник П.С. Нахимову (1802-1855), выполненный И.Н. Шредером по проекту кавалерийского генерала, художника А.А. Бильдерлинга. Правда, тогда скульптура адмирала была развернута в сторону Графской пристани, словно адмирал встречал моряков, сходивших на берег. У руке у Нахимова был не палаш (как на современном памятнике), а трофейная сабля Осман-паши, взятая в Синопском бою. Памятник был открыт 18 ноября 1898 года в ознаменование 45-летия победы в Синопском морском сражении (на открытии присутствовал Николай II).


Первый памятник П.С. Нахимову по проекту А.А. Бильдерлинга

Спустя 30 лет, в советское время, первый памятник знаменитому адмиралу был демонтирован под действием декрета "О снятии памятников царям и их слугам", и на его постаменте в 1932 году установили бронзовую скульптуру Ленина, но ненадолго. В годы оккупации города бронзовый памятник Ленину был увезен в Германию на переплавку.


Памятник Ленину на одноименной площади (наст. площадь Нахимова). 1941 год

Новый памятник адмиралу Нахимову на том же месте был открыт 5 ноября 1959 года. Поначалу расположение статуи (спиной к бухте и флоту) было воспринято моряками с большой обидой, но со временем обида позабылась — легендарный адмирал ведь проявил себя не только великим флотоводцем, но и организатором сухопутной обороны Севастополя, а моряки под его командой сражались не только у берегов Синопа, но и на бастионах.

Высота бронзовой скульптуры — 6 м, постамента — 7,5 м (на 2,5 метра выше старого монумента). Обратите внимание на три горельефа, которые воспроизводят эпизоды из боевой биографии Нахимова: с одной стороны — Нахимов с матросами на палубе корабля, с другой — Синопский бой, в котором эскадра под командованием адмирала разгромила турецкий флот, с третьей — Нахимов на четвертом бастионе.

Авторы монумента — известный скульптор академик Н.В. Томский и архитектор А.В. Арефьев — постарались отразить в скульптуре адмирала главные черты его характера: спокойствие и хладнокровие в трудные минуты, талант руководителя и отвагу. О мужестве Нахимова, о его вере в подчиненных свидетельствует выдержка из текста приказа: "В случае встречи с неприятелем, превышающем нас в силах, я атакую его, будучи совершенно уверен, что каждый из нас сделает свое дело".

Нахимов изображен в полный рост, в шинели, в которой всегда появлялся на палубе кораблей и на бастионах Севастополя. В правой руке он держит подзорную трубу, левая лежит на морском палаше. Взгляд обращен на Севастополь, за который он отдал жизнь. Адмирал погиб, когда было 53 года, и почти 40 из них он прослужил на флоте. Выдающийся флотоводец, Нахимов показал себя и отличным сухопутным военачальником в период обороны Севастополя. Он отличался очень заботливым отношением к матросам, часто тратил все свое жалование на помощь матросским семьям, даже влезая в долги.


Памятник матросу Петру Марковичу Кошке

26 мая 1956 г. в Севастополе был открыт памятник Петру Кошке. Бронзовый бюст героя установлен па гранитном пьедестале, на котором укреплена доска с надписью: «Матрос Кошка Петр Маркович, герой обороны Севастополя». Ниже доски — горельеф с изображением медали «За защиту Севастополя 1854—1855 гг.» У основания пьедестала уложены ядра, по сторонам — два якоря. Общая высота памятника — 4,5 м. Его авторы — скульпторы братья Иосиф и Василий Кейдуки. Во время работы над памятником они служили на Черноморском флоте старшими матросами

Петр Маркович Кошка родился в 1828 г. в деревне Замятинец Гайсинского уезда Каменец-Подольской губернии (ныне село Ометинцы Немировского района Винницкой области) в семье крепостного крестьянина. В 1849 г. отдан в рекруты; служил на кораблях Черноморского флота. В дни обороны Севастополя вместе с другими матросами был направлен на сушу, сражался на батарее лейтенанта А. М. Перекомского, что находилась на Пересыпи, в районе теперешнего железнодорожного вокзала. Здесь он сразу же показал себя отважным и находчивым воином, стал одним из тех «охотников», которым особенно по душе пришлись отчаянные ночные вылазки в стан противника. Матрос 30-го флотского экипажа Петр Кошка участвовал в восемнадцати таких вылазках; кроме того, почти каждую ночь ходил в секреты и возвращался с ценными сведениями о противнике. Действовал, как правило, в одиночку: незаметно пробравшись в неприятельские траншеи, захватывал в плен вражеских солдат, а то и офицеров, добывал оружие, которого не хватало защитникам. Во время своих отчаянных вылазок отважный разведчик был неоднократно ранен. За храбрость, находчивость и ловкость получил повышение по службе — в январе 1855 г. его произвели в матросы первой статьи, а затем в квартирмейстеры.

За участие в Крымской войне награжден Знаком отличия Военного ордена святого Георгия четвертой степени и двумя медалями — серебряной «За защиту Севастополя 1854—1855 гг.» и бронзовой — «В память о Крымской войне 1853—1856 гг.». В октябре 1855 г. после ранения герой-матрос получил продолжительный отпуск, а в 1863 г. был вновь призван на флот и служил на Балтике. В Петербурге он разыскал известного и очень популярного среди защитников Севастополя генерала Степана Александровича Хрулева и попросил его выяснить судьбу своих наград. Генерал хорошо помнил храброго матроса и помог ему получить заслуженный орден: на груди П. Кошки рядом с другими наградами появилась одна из самых почетных — Знак отличия Военного ордена второй степени (золотой Георгиевский крест). Когда истек срок службы, Петр Кошка вернулся в родную деревню, женился, занимался крестьянским трудом. Умер в 1882 г. в возрасте 54 лет.


Малахов курган

Малахов курган — не просто исторический памятник, это священная земля для каждого севастопольца, здесь решалась судьба первой обороны Севастополя.

Название кургана, как поясняет одна из версий, связано с именем отставного военного моряка Михаила Малахова, который был весьма уважаемым человеком на Корабельной стороне, одним из первых поселившимся у подножья кургана. Его дом стоял на склоне этого кургана. К Малахову часто приходили за советом, помощью, за судом: он был человеком честным и справедливым. Так и говорили: "Пойдем к кургану, к Малахову". Курган постепенно стали называть его именем.

Курган внешне, может, и не очень впечатляет — холм как холм. Высота его всего 97 метров над уровнем моря, но слава кургана велика. В течение одной сотни лет курган дважды становился ареной жесточайших битв.

Во время обороны Севастополя в 1854-1855 годы Малахов курган, господствующий над окружающей местностью, был ключевой позицией левого фланга обороны. Тут находился и главный бастион Корабельной стороны, который после гибели вице-адмирала В.А. Корнилова стали называть Корниловским.

Здесь французские войска вели самые яростные штурмы. Однако овладеть курганом неприятелю удалось лишь после одиннадцатимесячных боев, когда многодневными артиллерийскими бомбардировками были снесены оборонительные сооружения и иссякли силы его защитников. Потеря Малахова кургана предрешила исход 11-месячной обороны города.

В период обороны на Малаховом кургане было девять батарей, две из них воспроизведены в 1958 году. На них установлены подлинные корабельные пушки времен Крымской войны. Пушки отлиты из чугуна и имеют вес от двух до семи тонн. Много сил нужно было приложить морякам, чтобы затащить их на бастионы. Пушки стреляли сплошными и разрывными (бомбическими) ядрами. Несмотря на несовершенство вооружения и на нужду оборонявшихся буквально во всем, две мощные имперские державы не могли взять Севастополь почти год.

Первый штурм города неприятель сумел предпринять только через девять месяцев после начала осады, 6 июня 1855 года. Штурм этот был героически отбит защитниками Севастополя. О событиях этого дня рассказывает Панорама обороны Севастополя, расположенная на бывшем четвертом бастионе.

На Малаховом кургане сражались многие выдающиеся герои обороны: адмиралы Нахимов, Корнилов, Истомин, сестра милосердия Даша Севастопольская, участник многих вылазок в стан врага матрос Кошка. По ночам смельчаки-охотники (как их называли) захватывали трофеи, пленных, разрушали неприятельские укрепления, а главное — это было очень мощное психологическое оружие. Неприятель не мог чувствовать себя спокойно в своих собственных траншеях.

После Крымской войны название "Малахов курган" стало известно во всем мире. В 1856 году французский маршал Пелисье, который в 1855-1856 годах командовал французской армией в Крыму, был удостоен титула "герцог Малаховский". В Германии есть форт Малахов, небольшой город под Парижем стал называться "Малакоф".

Прославился курган и во время второй обороны Севастополя. Поэтому Малахов курган — мемориальный комплекс памятников двух войн: Крымской и Великой Отечественной. Здесь насчитывается более двадцати памятников и мемориальных обозначений, в том числе один уникальный — посвященный солдатам противоборствующих армий, русским и французам, павшим в боях за эту высоту.

Главный вход на Малахов курган украшает массивный дорический портик с датами на фризе: 1854-1855 гг. Широкая парадная лестница ведет на вершину кургана. Лестница раздваивается и снова соединяется, образуя большую лужайку с ухоженным газоном. Отсюда открывается вид на весь Севастополь: центральная часть города; Владимирский собор — усыпальница адмиралов, трое из которых погибли здесь, на Малаховом кургане; открытое море; Константиновская батарея у входа в Севастопольскую бухту; Северная сторона Севастополя, увенчанная пирамидой храма св. Николая на Братском кладбище.

На первой широкой горизонтальной площадке находятся два памятника. Тот, что слева — времен Крымской войны, справа — Великой Отечественной.

Слева — небольшой беломраморный монумент, установленный в 1892 году над братской могилой русских и французских воинов. В ней покоятся воины, погибшие в последнем бою на Малаховом кургане 27 августа 1855 года.

Когда в последний день первой обороны французы ворвались на Малахов курган, русские предприняли несколько контратак, дрались самоотверженно, в результате потери были очень большими и с одной, и с другой стороны. Погибших в этом бою похоронили в одной могиле. Хоронили французы, которые высоко оценили мужество своих противников.

Над белым постаментом возвышается черная стела с черным крестом. Символизм цветов объясняет надпись на французском языке, выбитая на тыльной стороне монумента: "Их воодушевляла победа и объединила смерть. Такова слава храбрых, таков удел солдата". На лицевой стороне памятника выбиты слова: «Памятник воинов русских и французских, павших на Малаховом кургане при защите и нападении 27 августа 1855 г.»

В годы Великой Отечественной войны памятник был сильно поврежден, восстановлен в 1960 году.

Еще чуть дальше по аллее растет небольшое деревце, обнесенное металлической оградой. Это дерево-памятник — старый миндаль, он пережил Великую Отечественную войну. Когда освободили Севастополь, на Малаховом кургане была сожжена даже земля, конечно, вся зелень погибла, и только маленькое обожженное деревце миндаля выжило и зацвело. На нем осталась всего одна живая ветка. Но каждую весну она покрывается белыми цветами, символизируя торжество жизни над смертью.

Рядом с деревцем миндаля, в центре аллеи, установлена бронзовая рельефная карта бастиона «Малахов курган» (архитектор А. Шеффер). На карте указаны батареи, пороховые склады, укрытия — все, что было здесь во время обороны 1854-1855 годов. В районе угла, направленного в сторону противника, так называемого исходящего, обозначена Оборонительная башня, в которой теперь располагается филиал Музея героической обороны и освобождения Севастополя.


Оборонительная башня Корниловского бастиона

Эта башня-донжон — единственное каменное оборонительное сооружение на бастионе. Оно было построено летом 1854 года на средства жителей Севастополя по проекту военного инженера Ф.А. Старченко. Построена башня из инкерманского камня. Толщина стен нижнего яруса — 152 см, верхнего — 88 см. Башня на двух ярусах имела 52 бойницы, на верхней площадке было установлено пять крепостных восемнадцатифунтовых пушек. На башне укреплена мемориальная доска с наименованием полков и частей, защищавших Малахов курган во время первой обороны.

5 октября 1854 года в первую же бомбардировку Севастополя верхний ярус башни был снесен снарядами неприятеля, нижний же cлужил укрытием. В нем располагались перевязочный пункт, пороховой склад, походная церковь и штаб контр-адмирала В.И. Истомина, командовавшего четвертой дистанцией оборонительной линии (в которую входил Малахов курган).

7 марта 1855 года Истомин инспектировал выносное укрепление Малахова кургана, так называемый Камчатский люнет (впереди за оборонительной башней), где был убит наповал вражеским ядром, которое поразило его в голову. Это была большая потеря для защитников Севастополя.

Нижний ярус башни прикрывает насыпь — гласис. На гласисе слева от башни, под деревьям — мемориальная плита, отмечающая место смертельного ранения Нахимова.

28 июня 1855 года Нахимов стоял на гласисе и наблюдал за позициями французов. Как всегда, адмирал был в форме с золотыми эполетами, представляя хорошую мишень для французских штуцерников (штуцер — ружье с нарезным стволом). Командир четвертой дистанции, в которую входил Малахов курган, капитан первого ранга Ф.С. Керн (родственник Анны Керн) попросил его спуститься в укрытие, Нахимов довольно резко отказался. Несколько пуль ударили рядом в бруствер, он успел сказать: «Они сегодня довольно метко стреляют», как одна из пуль попала ему в левый висок. Никакие старания медиков не могли спасти адмирала, и через два дня, не приходя в сознание, Нахимов скончался.

В этот день скорбел весь Севастополь. Очевидец писал, что не было в городе человека, который с радостью не отдал бы свою жизнь за жизнь адмирала. 1 июля Павел Степанович был погребен рядом со своим незабвенным учителем Лазаревым и боевыми товарищами, погибшими на Малаховом кургане, Корниловым и Истоминым. В некрологе Нахимову сказано: «Мир праху твоему, умный, искусный и опытный, страстно любивший свое искусство и своих подчиненных, равно любимый ими, всегда хладнокровно-мужественный, добрый сердцем, великий умом и мужеством, честный, великодушный человек!". Близко знавшие адмирала Нахимова писали: «всецело преданный службе, он вне нее не знал и не имел никаких интересов». Всего себя он отдал военно-морской службе, не обзавелся семьей. Его сослуживцы-моряки были его семьей, все его честолюбие заключалось в строгом исполнении своего долга. «Все здесь так явно и сильно воодушевлено душой и силой Нахимова, что невозможно не осознавать, что он действительно олицетворяет настоящую эпоху, и нельзя представить, что было бы без него...» Ночевал, где придется, спал, не раздеваясь, потому что собственную квартиру отвел под лазарет для раненых, а личные деньги адмирала шли на помощь семьям моряков. О его отваге и презрении к смерти ходили легенды. Появление адмирала на батареях и бастионах сопровождалось громким восторженным "Ура!". С Нахимовым умерла душа Севастопольской обороны.

Вправо от карты бастиона уходит аллея, которая ведет к памятнику В.А. Корнилову, установленному на месте смертельного ранения адмирала (архитектор А. Бильдерлинг, скульптор академик И. Шредер). На постаменте, верх которого отображает часть укрепления, помещена фигура смертельно раненного адмирала. Правой рукой он указывает на город, его слова, сказанные перед смертью, начертаны ниже, звучат как призыв или даже приказ: «Отстаивайте же Севастополь!». Справа — фигура матроса-артиллериста, которому придано сходство со знаменитым героем-матросом П. Кошкой. У подножия памятника — крест, выложенный по приказу Нахимова севастопольскими юнгами из вражеских ядер.

Адмирал Корнилов был ранен в день первой бомбардировки Севастополя, 5 октября 1854 года, около 11 часов. Корнилов прибыл на Малахов курган, осмотрел башню, укрепления и направился к лошади, чтобы продолжить осмотр, но тут вражеское ядро раздробило ему левую ногу у паха. В тот же день в половине четвертого вице-адмирал Корнилов скончался.

Когда началась оборона, Корнилов был начальником штаба Черноморского флота. Он и возглавил оборону, будучи прекрасным организатором, много сделал для строительства оборонительных укреплений, для организации обороны с целом. Несмотря на то, что Корнилов погиб в самом начале обороны, заслуги его были велики, и потеря для Севастополя была очень большой.

Начертанные на постаменте слова умирающего Корнилова приводили в ярость фашистских оккупантов, заплативших за взятие Севастополя страшную цену. Поэтому памятник они разрушили: бронзу вывезли, а постамент взорвали.

Восстановлен памятник к 200-летию Севастополя. За основу был взят первоначальный вариант памятника, модель которого хранится в Военно-морском музее Санкт-Петербурга.

Недалеко от Оборонительной башни Малахова кургана стоит прекрасный памятник вице-адмиралу В.А. Корнилову (1806-1854). Адмирал изображен в тот момент, когда, смертельно раненный вражеским ядром, он, приподнявшись, дает последний наказ защитникам города: «Отстаивайте же Севастополь!» Ниже скульптуры Корнилова в композиции фигура легендарного героя севастопольской обороны матроса П.М. Кошки, готового зарядить орудие.

Поэт А.Н. Апухтин в стихотворении "Памяти адмирала Корнилова" писал:
Как древний грек он гордо пал,
И все земное покидая,
Он имя Родины призвал.

На месте смертельного ранения Корнилова юнгами был выложен крест из вражеских ядер, а 17 октября 1895 года установлен памятник. На постаменте были высечены посмертные слова Корнилова и перечислены все корабли, на которых служил адмирал, а также морские сражения, в которых он принимал участие. Авторы — генерал-лейтенант А.А. Бильдерлинг и скульптор академик И.Н. Шредер. Во время второй обороны Севастополя памятник в ходе боев был разрушен гитлеровцами. Восстановлен к 200-летию обороны Севастополя.


Памятник В.А. Корнилову. Фото начала 20 века

Адмирал Корнилов был ранен в день первой бомбардировки Севастополя, 5 октября 1854 года, около 11 часов. Корнилов прибыл на Малахов курган, осмотрел башню, укрепления и направился к лошади, чтобы продолжить осмотр, но тут вражеское ядро раздробило ему левую ногу у паха. В тот же день в половине четвертого вице-адмирал Корнилов скончался.

Когда началась оборона, Корнилов был начальником штаба Черноморского флота. Он и возглавил оборону, будучи прекрасным организатором, много сделал для строительства оборонительных укреплений, для организации обороны в целом. Несмотря на то, что Корнилов погиб в самом начале обороны, заслуги его были велики, и потеря для Севастополя была очень большой.


Место, где ранен адмирал Корнилов на Малаховом кургане (рис. из "Севастопольского альбома" Н. Берга)

В годы Великой Отечественной войны памятник был разрушен, бронзовые части были увезены фашистами на переплавку. Восстановлен памятник в 1983 году, к 200-летию Севастополя. Авторы проекта народный художник Украины, лауреат Государственной премии СССР профессор М.К. Вронский и заслуженный художник-архитектор Украины В.Г. Гнездилов за основу взяли первоначальный вариант памятника, модель которого хранится в Военно-морском музее Санкт-Петербурга.

Недалеко от памятника художник Франц Рубо делал эскизы для будущей панорамы «Оборона Севастополя 1854-1855 гг.».


Памятник медсестре Дарье Севастопольской

Даша Севастопольская (1831—1893) — первая российская народная сестра милосердия. В сентябре 1854 года, после Альминского сражения, вся Россия узнала о гражданской подвиге матросской дочери Дарьи, оказывавшей помощь раненым на поле боя. Сведения о ней довольно скудны и подчас противоречивы. Известно, что она жила в Севастополе. Узнав, что противник высадился в Крыму, продала дом, купила лошадь, взяла воду, чистые тряпки и, обрезав косы, переодевшись в матросскую форму, поехала к реке Альме. Недалеко от деревни Бурлюк, в поле под выстрелами, она стала перевязывать раненых. Ее повозка оказалась первым и самым ближним перевязочным пунктом в районе Альминского сражения. И потянулись к ней раненые воины. Затем, до приезда в Севастополь сестер милосердия Крестовоздвиженской общины, она работала в лазаретах на Северной стороне.

Во время обороны Дарья жила в полуразрушенном домике вблизи четвертой батареи. О ней в «Севастопольских письмах» упоминает Н. И. Пирогов: «При перевязке можно видеть ежедневно трех или четырех женщин, из них одна - знаменитая Дарья». Узнали о подвиге Даши и в столице. Императрица прислала ей золотой крест с надписью «Севастополь». Не обошел вниманием героиню и Николай I. Император пожаловал ей золотую медаль с надписью «За усердие» на Владимирской ленте для ношения на груди и 500 рублей серебром. При этом было объявлено, что «по выходе ее в замужество, его Величество пожалует ей еще тысячу рублей на обзаведение». О высокой награде объявили «во всеобщее сведение по Черноморскому флоту», естественно, и по экипажам. Вскоре появились и женихи. «Знаменитую и богатую» невесту сосватал рядовой четвертого ластового экипажа Максим Васильевич Хворостов. Третьего июля 1855 года на Северной стороне состоялась свадьба, посаженными отцами на которой были полковник П. К. Меньков, живший некоторое время в домике Дарьи на Северной стороне, и походный атаман граф Орлов-Денисов. Предъявив князю М. Д. Горчакову свидетельство о вступлении в брак и о награждении, она получила обещанную ей тысячу рублей. В конце 1857 года она уехала из Крыма.

Удивительно, но ее фамилия долго оставалась неизвестной, несмотря на поиски многих историков и краеведов. Только в 1984 году в ЦГВИА СССР (ныне Российский государственный военно-исторический архив), в материалах генерал-адъютанта А. И. Философова (двоюродного дяди М. Ю. Лермонтова), удалось найти документы, проливающие некоторый свет на таинственную Дарью Севастопольскую и подтверждающие, что она — Дарья Лаврентьевна Михайлова.

Дальнейшая судьба Дарьи также покрыта мраком. Считается, что Дарья Севастопольская вернулась в родной город, приобрела небольшой домик на Корабельной стороне, где и жила до конца своих дней, что в 1911 году ее запечатлел в первом русском полнометражном фильме «Оборона Севастополя» режиссер А А Ханжонков, и, что вскоре она умерла и была похоронена на кладбище в Доковом овраге. В настоящее время это кладбище уничтожено.

В 1953 году на улице Перекопской, 9, была установлена мемориальная доска с текстом, что на том месте стоял дом, в котором жила Даша Севастопольская. В 2004 году в связи со 150-летием начала первой обороны города имя Дарьи Севастопольской присвоили городской больнице № 3 на Корабельной стороне. На ее территории 15 ноября 2005 года состоялось открытие первого в мире памятника Дарье Севастопольской. Он сооружен на средства Центра национальной славы (г. Москва) по проекту скульптора В. Е. Суханова и архитектора А. С. Гладкова.


Братское кладбище на Северной стороне

Почти со всех возвышенностей города, знаменитых событиями первой обороны, просматривается холм на Северной стороне, увенчанный пирамидальным сооружением с крестом. Это Братское кладбище с храмом св. Николая — общий памятник русским воинам, павшим при защите города в 1854-1855 годах. Основано по инициативе адмирала В.А. Корнилова.

Перед главным входом стоят два дома в готическом стиле — здесь жили ветераны войны — смотрители кладбища; ворота оформлены башнями, повторяющими в уменьшенном масштабе храм св. Николая. Мотив пирамиды олицетворял символ постоянства и силы.


Братское кладбище. Фото начала 20 века

Минуя старинные кованые ворота (раньше их фланкировали орудия), посетитель вступает на главную аллею, круто поднимающуюся на вершину холма — к храму. Первое, что он видит, это мраморная колонна, на ней бюст человека с неправильным, но привлекательным лицом (автор — скульптор Годебский). На колонне лаконичная надпись: "Хрулеву — Россия". Здесь, на почетном месте, прямо у входа, похоронен знаменитый герой осады генерал-лейтенант С.А. Хрулев (1807-1870). Это о нем сказал поэт А. Майков:
Хрулев! Ты победил любовию солдатской,
Наградой верною достоинствам вождя,
Она нам говорит, что сам любовью братской
Ты меньших возлюбил, их к чести приводя.

Круто взбирается вверх аллея (к несчастью, она заасфальтирована и установлена неудачными современными светильниками). Аллею плотно окружают памятники и братские могилы. На кладбище похоронено около сорока тысяч человек (другие цифры, приводимые путеводителями, ошибочны). Страшно сказать — это население современного большого районного центра!

Лучше всего чувства, охватывающие посетителя Братского кладбища, выразил А. Фет:
Какой тут дышит мир! Какая славы тризна!
Средь кипарисов, мирт и каменных гробов!

В 1872 году Симферопольская инженерная дистанция под руководством инженера-полковника К.Е. Геммельмана разработала 19 не похожих друг на друга проектов памятников на братских могилах. Тем самым была разрешена главная проблема создания мемориального комплекса такого размера — художественного единства ансамбля. На сегодняшний день сохранилось 427 братских и 130 индивидуальных захоронений, в которых погребено около 40 тысяч человек, погибших и умерших от ран во время Крымской войны 1854-1855 гг.

Памятники на индивидуальных могилах чаще скромные — из мраморовидного известняка, но иногда это целые архитектурные постройки. Таков, например, монумент князю М.Д. Горчакову (1793–1861), главнокомандующему Крымской армией в 1855 году. Он стоит слева у аллеи на середине подъема. Выполнен в виде часовни с шатровой кровлей, расписанной фресками. Арки над входом опираются на византийские капители изящных колонн, объединенных по четыре. Колонны стоят на высоком стилобате по обеим сторонам входа. Памятник сооружен в 1863 году по проекту А.А. Авдеева, живописные работы выполнял художник М.Н. Васильев, но фрески очень повреждены и нуждаются в немедленной реставрации.


Монумент князю М.Д. Горчакову

Поднимаясь выше, посетитель проходит мимо группы индивидуальных памятников, среди которых особенно выделяются: мраморный портик на могиле контр-адмирала М.Н. Кумани (архитектор Б.А. Рожнов, 1890 г.), памятник офицерам и солдатам Волынского полка (архитектор А.Г. Гронвальд) в виде изящного саркофага из белого мрамора; несколько тяжеловесный монумент над склепом Э.И. Тотлебена (А. Карбоньер, 1890 г.).


Монумент над склепом Э.И. Тотлебена

Аллея поворачивает вправо, делается положе, и появляется каменная пирамида — храм св. Николая. Нужно сказать, что форма найдена очень удачно — пирамида как бы венчает холм, сообщает законченность этой высоте. Известный историк архитектуры Н.И. Брунов писал: «Благодаря контрастам в пределах спокойного целого, пирамида проникается огромной внутренней жизнью и колоссальной силой воздействия. При большом внешнем спокойствии достигается большое внутреннее напряжение».

В пирамиду вписан однокупольный храм в византийском стиле, на стенах его высечены имена погибших офицеров (правда, далеко не всех), а на наружных гранях помещен список частей гарнизона с указанием числа потерь (убитые, раненые, больные, пропавшие без вести). Внутри храм был украшен фресками, выполненными художниками М.Н. Васильевым, А.Е. Карнеевым, А.Д. Литовченко.

Мозаичный образ Христа над входом создан по рисунку известного художника Ф.А. Бруни. Храм заложен 5 (17) сентября 1857 г., окончен в 1870 г., строился по проекту и под руководством архитектора А.А. Авдеева.


Свято-Никольский храм на Братском кладбище

К сожалению, живопись из-за сырости в храме просуществовала недолго. В 1886 году она была заменена смальтовой мозаикой, копирующей сюжеты фресок. Работы выполняли специалисты венецианской мастерской А. Сальвиати по картонам севастопольского художника М.Н. Протопопова.

Во время Великой Отечественной войны в верхнюю часть пирамиды попал снаряд, разрушивший звонницу, диоритовый крест рухнул и раскололся на несколько частей, почти полностью была уничтожена мозаика. Очень пострадало и кладбище (оно неоднократно было полем боя). Исчезли или полуразрушены десятки памятников, разбиты бюсты, выломаны мраморные доски с эпитафиями.

В 1971 году проводилась реставрация храма (авторы проекта И.Л. Шмульсон, В.И. Майко, Т.В. Гусельникова). Ввиду того, что восстановить почти полностью утраченную мозаику было очень сложно и дорого, было принято решение снова заменить ее фресками.

В 1972 году проводилась реставрация памятников на кладбище (авторы проекта В.М. Артюхов, Е.В. Веникеев).

Крест, воссозданный Екатеринбургским художественным фондом взамен разрушившегося в 2010 году, является уникальным. Он выполнен из цельных глыб гранита и достигает в высоту 7,5 метров, при этом весит 23,5 тонны. Рельефные части креста покрыты сусальным золотом.


Полезные ссылки


Братское кладбище
Малахов Курган
Панорама "Оборона Севастополя 1854 - 1855 гг." Оборонительная башня Малахова кургана
Памятники Севастополя
Памятники и исторические места Севастополя
Влад Якушев Матрос Кошка — легенда обороны Севастополя
Кошка, Пётр Маркович
Даша Севастопольская
Даша Севастопольская
К.Лукашевич Даша севастопольская Первая сестра милосердия Рассказ
Приморский бульвар
Памятник Затопленным кораблям
Памятник матросу Петру Марковичу Кошке
Памятник медсестре Дарье Севастопольской
Памятник матросу Игнатию Шевченко
Братское кладбище
Братское кладбище
Малахов Курган
Панорама "Оборона Севастополя 1854 - 1855 гг." Оборонительная башня Малахова кургана
Памятники Севастополя
Памятники и исторические места Севастополя
© ЦБС г. Севастополя. 2003-2018 г.г. Создание и поддержка сайта - ГЕОКОН